(no subject)
Feb. 8th, 2005 11:53 pm![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
obertone.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
perechizaВ семье моего отца было пятеро детей. Потом у моей бабушки умерла сестра, оставив двух маленьких детей и мой дед решил, что где пятеро - там и семеро.
В семье моего отца было пятеро детей. Потом у моей бабушки умерла сестра,
оставив двух маленьких детей и мой дед решил, что где пятеро - там и семеро.
Все эти дети выросли – двое мальчиков погибли на фронте, две естры остались назамужние, всех раскидало по стране и можно сказать, что род почти угас. У нас в доме, о самой старшей папиной сестре говорили с благоговейным почтением – как же - она работала в ЦК, что по многим параметрам было удивительным. Она умудрилась успеть поучиться даже в гимназии и дед платил сумму в пять раз превышавшую плату за обучение одного ученика. Потом вся эта революционная кутерьма, комсомол и как высшая награда – путевка на учебу в экономическую академию в Москву. Очевидно, в ее памяти все поделилось на периоды - все ее воспоминания начинались с московской поры. Снимала угол в каких-то трущобах, но главная трудность, что деда уже не было в живых и нужно было помогать семье. Она рассказывала как тащила деревянный чемодан с продуктами к поезду, который уходил в 5 утра. Особенно тяжко было зимой – один раз, в сильный мороз, путевой обходчик взял ее в свою сторожку, а то она уже примерзала к скамейке . Преодолев все тяготы, идеи коммунизма победили! Коммунистическая партия оценила скромный вклад юной комсомолки и приняла ее в свои ряды. Как уж она сподобилась оказаться в самом главном органе – об этом история умалчивает. И вот ее жизнь продолжилась в мире идеи и своеобразного ее претворения. Жила она в Староконюшенном переулке вместе с другой моей тетей и бабушкой, в коммунальной квартире, имея в соседях дочь и сестру председателя компартии Бразилии Луиса Карлоса Престеса . Сестра его была типичной латиноамериканкой - худая, в очках и с зверской ненавистью к советской власти и коммунистическим идеям. Главными причинами ее ненависти - была неудобоваримая (с ее точки зрения) пища и холодный климат. Бразильский писатель Жорже Амаду во время своего визита в Москву подарил Аните, дочери Престеса, дамский велосипед, что в те времена было большой редкостью.
А двумя этажами выше жил классик советского соцреализма Михаил Шолохов. Жил редко, но шумно! Лифтерша имела дополнительный заработок от стеклотары, которую выносила из квартира донского казака, но поплатилась за свой длинный язык – любила посудачить и попереживать победы и неудачи писателя в домашних оргиях.
После Староконюшенного тетушка получила квартиру на «выселках» - Кутузовском проспекте. Бабушка уже не дожила. После старого Арбата это казалось безумно далеко, но соседство домами с Брежневым как-то примирило ее с районом. Тут же была построена английская школа – партийные товарищи поняли, что незачем своим детишкам давать столь хлопотное и малоприбыльное в будущем медицинское образование, а лучше что-нибудь более практичное, а главное - с которым можно потом ехать работать за границу. Вполне подходил МИМО, а для этого нужен хороший английский. Тетю эту не сильно касалось – ни мужа, ни детей так и не появилось. Из ЦК тов. Шелепин ее и некоторых, случайно еще засидевшихся инвалидов пятого пункта, перевел в ЦСУ, но все же спасибо, что с партбилетом в кармане. Обиду на него тетя затаила, но не на партию! Все, что касалось быта, было каким-то несоветским - водопроводчик приходил через 10 минут после жалобы в ЖЭК, электромонтер прибегал при первом же звуке телефонного звонка. На мой удивленный вопрос, с чего бы это у вас в домоуправлении такие шустрые работники - отвечала четко и без запинок, что эти дома обслуживаются по системе высотных.
Когда я начала учиться в Горьком, то оказалось, что географически самый близкий родственник – это она. И с ней было интересно поговорить –только опасно. Все время чувствовала себя эквилибристом на проволоке – или подконвойным – шаг влево –шаг вправо – взрыв негодования. Главный упрек – непатриотичное отношение к социалистической действительности и недостаточно сильная неприязнь к израильской военщине. Честно говоря, я была не очень близка к проблемам Израиля, но почему-то не верила в варварские поступки израильтян – в то, что бедных палестинцев поднимали в воздух на самолетах, а потом сбрасывали вниз. Она тыкала мне в нос самую независимую газету в мире и кричала (о газете «Правда» спокойно говорить было невозможно) - Ты читай, что люди пишут! Это же газета! Я стояла на своем – Такого не может быть! Дип. отношения до конца дня были прерваны.
Я приезжала в Москву каждый месяц: взять демисезонное пальто, поменять то же самое пальто на шубу, просто на праздники. Она заранее покупала билеты в театр и мы чинно отправлялись что-нибудь смотреть. Один раз в театре Вахтангова была премьера какой-то совковой лапши – билеты распространялись по парторганизациях. Режиссер Симонов-младший страшно нервничал – видно боялся эту партийную свору.
В обычное время, целые дни были посвящены сбору парт-взносов и распределению очередных пайков, но назывались они более буднично – заказы. Все было четко разделено – ветераны партии получали один набор дефицита, простые пенсионеры – что-нибудь попроще. Удивительно то, что
рядового коммуниста, мою тетю, такие идеи неравноправия нимало не смущали. Лозунг – каждому по потребности жил вне ее сознания. Когда-то она была в командировке, в Шушенском и к ней привели старуху, которая помнила Ленина. Я, как случалось, навлекла на себя ее праведный гнев – почему старушку привели к ней, а не наоборот – она сама не пошла туда. Ответ был в предсказуем: Как ты не понимаешь, я же – представитель ЦК.
Почему я пишу о ней? Здесь много причин, но есть две доминирующие – это жизнь ее поколения, работающих в разных местах людей, но так желающих верить в справедливость, в то, что они живут в самом-самом государстве мира. К тому же, евреи редко бывают холодно-ироничными – жажда к спорам, крайностям, вероятно, в крови. И еще. Кроме меня, НИКТО НИКОГДА о ней не напишет. А она жила. Была с нами. И ушла.
.
В семье моего отца было пятеро детей. Потом у моей бабушки умерла сестра,
оставив двух маленьких детей и мой дед решил, что где пятеро - там и семеро.
Все эти дети выросли – двое мальчиков погибли на фронте, две естры остались назамужние, всех раскидало по стране и можно сказать, что род почти угас. У нас в доме, о самой старшей папиной сестре говорили с благоговейным почтением – как же - она работала в ЦК, что по многим параметрам было удивительным. Она умудрилась успеть поучиться даже в гимназии и дед платил сумму в пять раз превышавшую плату за обучение одного ученика. Потом вся эта революционная кутерьма, комсомол и как высшая награда – путевка на учебу в экономическую академию в Москву. Очевидно, в ее памяти все поделилось на периоды - все ее воспоминания начинались с московской поры. Снимала угол в каких-то трущобах, но главная трудность, что деда уже не было в живых и нужно было помогать семье. Она рассказывала как тащила деревянный чемодан с продуктами к поезду, который уходил в 5 утра. Особенно тяжко было зимой – один раз, в сильный мороз, путевой обходчик взял ее в свою сторожку, а то она уже примерзала к скамейке . Преодолев все тяготы, идеи коммунизма победили! Коммунистическая партия оценила скромный вклад юной комсомолки и приняла ее в свои ряды. Как уж она сподобилась оказаться в самом главном органе – об этом история умалчивает. И вот ее жизнь продолжилась в мире идеи и своеобразного ее претворения. Жила она в Староконюшенном переулке вместе с другой моей тетей и бабушкой, в коммунальной квартире, имея в соседях дочь и сестру председателя компартии Бразилии Луиса Карлоса Престеса . Сестра его была типичной латиноамериканкой - худая, в очках и с зверской ненавистью к советской власти и коммунистическим идеям. Главными причинами ее ненависти - была неудобоваримая (с ее точки зрения) пища и холодный климат. Бразильский писатель Жорже Амаду во время своего визита в Москву подарил Аните, дочери Престеса, дамский велосипед, что в те времена было большой редкостью.
А двумя этажами выше жил классик советского соцреализма Михаил Шолохов. Жил редко, но шумно! Лифтерша имела дополнительный заработок от стеклотары, которую выносила из квартира донского казака, но поплатилась за свой длинный язык – любила посудачить и попереживать победы и неудачи писателя в домашних оргиях.
После Староконюшенного тетушка получила квартиру на «выселках» - Кутузовском проспекте. Бабушка уже не дожила. После старого Арбата это казалось безумно далеко, но соседство домами с Брежневым как-то примирило ее с районом. Тут же была построена английская школа – партийные товарищи поняли, что незачем своим детишкам давать столь хлопотное и малоприбыльное в будущем медицинское образование, а лучше что-нибудь более практичное, а главное - с которым можно потом ехать работать за границу. Вполне подходил МИМО, а для этого нужен хороший английский. Тетю эту не сильно касалось – ни мужа, ни детей так и не появилось. Из ЦК тов. Шелепин ее и некоторых, случайно еще засидевшихся инвалидов пятого пункта, перевел в ЦСУ, но все же спасибо, что с партбилетом в кармане. Обиду на него тетя затаила, но не на партию! Все, что касалось быта, было каким-то несоветским - водопроводчик приходил через 10 минут после жалобы в ЖЭК, электромонтер прибегал при первом же звуке телефонного звонка. На мой удивленный вопрос, с чего бы это у вас в домоуправлении такие шустрые работники - отвечала четко и без запинок, что эти дома обслуживаются по системе высотных.
Когда я начала учиться в Горьком, то оказалось, что географически самый близкий родственник – это она. И с ней было интересно поговорить –только опасно. Все время чувствовала себя эквилибристом на проволоке – или подконвойным – шаг влево –шаг вправо – взрыв негодования. Главный упрек – непатриотичное отношение к социалистической действительности и недостаточно сильная неприязнь к израильской военщине. Честно говоря, я была не очень близка к проблемам Израиля, но почему-то не верила в варварские поступки израильтян – в то, что бедных палестинцев поднимали в воздух на самолетах, а потом сбрасывали вниз. Она тыкала мне в нос самую независимую газету в мире и кричала (о газете «Правда» спокойно говорить было невозможно) - Ты читай, что люди пишут! Это же газета! Я стояла на своем – Такого не может быть! Дип. отношения до конца дня были прерваны.
Я приезжала в Москву каждый месяц: взять демисезонное пальто, поменять то же самое пальто на шубу, просто на праздники. Она заранее покупала билеты в театр и мы чинно отправлялись что-нибудь смотреть. Один раз в театре Вахтангова была премьера какой-то совковой лапши – билеты распространялись по парторганизациях. Режиссер Симонов-младший страшно нервничал – видно боялся эту партийную свору.
В обычное время, целые дни были посвящены сбору парт-взносов и распределению очередных пайков, но назывались они более буднично – заказы. Все было четко разделено – ветераны партии получали один набор дефицита, простые пенсионеры – что-нибудь попроще. Удивительно то, что
рядового коммуниста, мою тетю, такие идеи неравноправия нимало не смущали. Лозунг – каждому по потребности жил вне ее сознания. Когда-то она была в командировке, в Шушенском и к ней привели старуху, которая помнила Ленина. Я, как случалось, навлекла на себя ее праведный гнев – почему старушку привели к ней, а не наоборот – она сама не пошла туда. Ответ был в предсказуем: Как ты не понимаешь, я же – представитель ЦК.
Почему я пишу о ней? Здесь много причин, но есть две доминирующие – это жизнь ее поколения, работающих в разных местах людей, но так желающих верить в справедливость, в то, что они живут в самом-самом государстве мира. К тому же, евреи редко бывают холодно-ироничными – жажда к спорам, крайностям, вероятно, в крови. И еще. Кроме меня, НИКТО НИКОГДА о ней не напишет. А она жила. Была с нами. И ушла.
.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Date: 2005-02-08 10:44 pm (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 07:34 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 08:17 am (UTC)"А из зала мне кричат - давай подробностей".
На самом деле действительно интересно.
(no subject)
Date: 2005-02-09 08:22 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 08:31 am (UTC)А я серьезно...
(no subject)
Date: 2005-02-09 08:49 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 09:11 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 05:17 pm (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 05:17 pm (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-09 05:49 pm (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-10 05:16 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-10 07:18 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-10 07:40 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-10 07:49 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-10 07:55 am (UTC)(no subject)
Date: 2005-02-11 09:23 pm (UTC)как жалко женщину
глупо? а вот жалко
(no subject)
Date: 2005-02-11 09:31 pm (UTC)