Пасхальная история
Apr. 8th, 2007 01:07 pm![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
tobico.livejournal.com posting in ![[community profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/community.png){kind=small}
perechizaПодготовка к созданию шедевра началась заблаговременно.
Мука - высший сорт, невесомая и воздушная, словно пыльца цветов с небесных лужаек.
Сахар, кристальные крупинки которого чуть поблескивают в свете солнечных лучей, пробивающихся сквозь вышитые занавески. Занавески вышиты моей нежной рукой, а еще нитками и иголкой; на них подсолнухи - яркие, желтые и кособокие.
Сахарная пудра - взметнувшись от неосторожного выдоха, она оседает на лице, словно нанесенная пуховкой. Высунув кончик языка, трогаю им краешек щеки. Щека становится липкой, а язык - сладким.
Изюм желтый, изюм коричневый; крупные и сочные плоды, сморщенные, будто лоб китайского мудреца, всю жизнь положившего на познание дао. Изюм сладкий и ароматный; такой изюм не в магазине купить, а разве только наковырять из самых обаятельных и неотразимых женщин. Женщин, которых в юности называют кралями, в зрелости - стервами, а встарос более выдержанной зрелости (у таких женщин не может быть старости) - перечницами.
Орехи трех видов: изогнутые лодочки-каноэ сладковатого кешью, мозговитые, напитанные мыслями о тщете всего сущего полушария маслянистых грецких плодов, длинные капли сахарного миндаля.
Яйца куриные, белоснежные и гладкие, как бильярдные шары. Они сидят в бумажных гнездах, словно пули в револьверном барабане. Курица, снесшая этипули яйца, долго и бережно взращивалась бдительными птичницами, прежде чем была отдана на потоптание нахальному петуху. Упомянутый петух за свою короткую, но яркую жизнь, потоптал триста куриц, тысячу курочек, а дождевых червяков - без числа.
Масло сливочное. Послушайте только, как звучит это слово - сли-и-ивочное. Оно звучит сли-и-ивочно и прохладно, свежо и насыщенно. оно звучит так, словно растает во рту, оставив послевкусие лучшего утра, какое только было за всю историю новозеландских деревень.
Сливки. Я уже говорила про новозеландские деревни?..
Никакого молока, никакого маргарина.
А в окно - солнце, а за окном - набухшие почки, а перед окном - я-хозяюшка, и на мне цветастый фартук и сахарная пудра, а в руках моих - вдохновение мира и миксер с одной лопаткой, залитой эпоксидкой, поскольку за 20 лет общесемейного юзанья гаджета одна лопатка сломалась, другая - потерялась. И не говорите мне про титановые шарики, выданные русскому как-то по случаю.
Жжжжжжум-жжжжжум-жжжжум... - гигантским шмелем гудит миксер. Крутящий момент разбрасывает тесто, как Шварц - неблагонадежных подонков.
Шшшшшшшшшшшшшшшшшшшш... - шепчет, нагреваясь, духовка.
Фью-фью-фью... - посвистывает апрельский ветерок, качающий подсолнухи.
Гррррррм-грррррррм-гррррррм! - бурчит желудок рыжей собаки. У собаки короткий хвост (если эту мотающуюся плюшку можно назвать хвостом), бархатные черные щеки, из-под которых доносится еле слышное вопросительное пение, и глаза заезжего гипнотизера, сообщающего вам: "Сейчас я сосчитаю до трех, и вы забудете все, что вытворяли тут на сцене. О том, что я занял у вас перед концертом тыщу на коньяк, тоже забудете".
Куличей будет два: один родителям, другой - нам. Нам - это мне и рыжей собаке. Мы с ней похожи. В моем паспорте написано "Евгения Станиславовна", в ее - "Астория Арта". Почему-то нас кличут по-другому: "Женька" и "Тори". Я зову ее "Торяйщик", она меня - "Гав".
Раскаленные формы на противне выезжают из духовки. Постепенно жар спадает, и я осторожно вытягиваю запеченную песню за кончики промасленного пергамента.
Тяжелые пузыри вздуваются на темной поверхности и тяжело лопаются с чуть заметным вздохом.
Горький, как моя жизнь в младшей группе детсада, черный шоколад.
Сладкий, как первая любовная записка, молочный шоколад.
Ароматный, как первое утро в отпускной поездке, какао-порошок.
Крепкий и тягучий, какпервый се... Нет, первый секс был так себе, не о чем и говорить. В общем, коньяк туда тоже кладем.
Два кулича, пышных и рассыпчатых, дожидаются утреннего похода в церковь, когда, окруженные расписными яйцами, будут освящены улыбчивым батюшкой с растрепанной метелкой в руках.
В боках куличей видны изюмные крапинки и ореховые пупырышки; их покрывает тонкий слой сахарной пудры. Макушки куличей, как головы набриолиненных латиносов, лаково блестят шоколадной глазурью.
Один кулич - родителям. Другой - нам. На следующий день у меня будут чесаться коленки, а у рыжей собаки - уши. У нас аллергия на сладкое.
Дела, дела... Им все равно, какой день. Just do it, а выходной или будний день - это лирика.
Первое, что я увидела, войдя в квартиру, была пустота. Первое, что услышала - сдавленное сопение. Нет топота встречающих ног, мокрого болтающегося языка, бешеных прыжков долговязого кузнечика. На кухне обнаружились: перевернутая пустая тарелка на полу - раз, два настороженных блестящих глаза за плетеным креслом - два.
- Торяйщик! - В моем голосе боль неопробованного кулича. Кулича на сливках и масле новозеландского утра; кулича с лодочками кешью, полушариями грецких плодов и каплями миндаля; кулича с изюмом лучших женщин; кулича с глазурью как... я уже говорила, что первый секс был никакой? В общем, с глазурью...
- Вввааааууууууув! - В ее пении солнечный свет, радость удачно сложившегося дня и опьянение полуторакилограммовым кондитерским изделием.
Звонок. Хриплым от осознания потери голосом:
- Ал... Грм... КХММ! Алло!
- Женечка, какой вкусный кулич! Это просто праздник какой-то! Мы съели все до крошки. Ты же себе оставила? Сама знаешь, как вкусно. В общем, с праздником! Христос воскресе!
Я посмотрела на Торяйщика. Торяйщик завиляла рыжей плюшкой. Я сглотнула слюну.
- Конечно оставила, мама. Очень вкусно. Воистину воскресе.
tobico
Мука - высший сорт, невесомая и воздушная, словно пыльца цветов с небесных лужаек.
Сахар, кристальные крупинки которого чуть поблескивают в свете солнечных лучей, пробивающихся сквозь вышитые занавески. Занавески вышиты моей нежной рукой, а еще нитками и иголкой; на них подсолнухи - яркие, желтые и кособокие.
Сахарная пудра - взметнувшись от неосторожного выдоха, она оседает на лице, словно нанесенная пуховкой. Высунув кончик языка, трогаю им краешек щеки. Щека становится липкой, а язык - сладким.
Изюм желтый, изюм коричневый; крупные и сочные плоды, сморщенные, будто лоб китайского мудреца, всю жизнь положившего на познание дао. Изюм сладкий и ароматный; такой изюм не в магазине купить, а разве только наковырять из самых обаятельных и неотразимых женщин. Женщин, которых в юности называют кралями, в зрелости - стервами, а в
Орехи трех видов: изогнутые лодочки-каноэ сладковатого кешью, мозговитые, напитанные мыслями о тщете всего сущего полушария маслянистых грецких плодов, длинные капли сахарного миндаля.
Яйца куриные, белоснежные и гладкие, как бильярдные шары. Они сидят в бумажных гнездах, словно пули в револьверном барабане. Курица, снесшая эти
Масло сливочное. Послушайте только, как звучит это слово - сли-и-ивочное. Оно звучит сли-и-ивочно и прохладно, свежо и насыщенно. оно звучит так, словно растает во рту, оставив послевкусие лучшего утра, какое только было за всю историю новозеландских деревень.
Сливки. Я уже говорила про новозеландские деревни?..
Никакого молока, никакого маргарина.
А в окно - солнце, а за окном - набухшие почки, а перед окном - я-хозяюшка, и на мне цветастый фартук и сахарная пудра, а в руках моих - вдохновение мира и миксер с одной лопаткой, залитой эпоксидкой, поскольку за 20 лет общесемейного юзанья гаджета одна лопатка сломалась, другая - потерялась. И не говорите мне про титановые шарики, выданные русскому как-то по случаю.
Жжжжжжум-жжжжжум-жжжжум... - гигантским шмелем гудит миксер. Крутящий момент разбрасывает тесто, как Шварц - неблагонадежных подонков.
Шшшшшшшшшшшшшшшшшшшш... - шепчет, нагреваясь, духовка.
Фью-фью-фью... - посвистывает апрельский ветерок, качающий подсолнухи.
Гррррррм-грррррррм-гррррррм! - бурчит желудок рыжей собаки. У собаки короткий хвост (если эту мотающуюся плюшку можно назвать хвостом), бархатные черные щеки, из-под которых доносится еле слышное вопросительное пение, и глаза заезжего гипнотизера, сообщающего вам: "Сейчас я сосчитаю до трех, и вы забудете все, что вытворяли тут на сцене. О том, что я занял у вас перед концертом тыщу на коньяк, тоже забудете".
Куличей будет два: один родителям, другой - нам. Нам - это мне и рыжей собаке. Мы с ней похожи. В моем паспорте написано "Евгения Станиславовна", в ее - "Астория Арта". Почему-то нас кличут по-другому: "Женька" и "Тори". Я зову ее "Торяйщик", она меня - "Гав".
Раскаленные формы на противне выезжают из духовки. Постепенно жар спадает, и я осторожно вытягиваю запеченную песню за кончики промасленного пергамента.
Тяжелые пузыри вздуваются на темной поверхности и тяжело лопаются с чуть заметным вздохом.
Горький, как моя жизнь в младшей группе детсада, черный шоколад.
Сладкий, как первая любовная записка, молочный шоколад.
Ароматный, как первое утро в отпускной поездке, какао-порошок.
Крепкий и тягучий, как
Два кулича, пышных и рассыпчатых, дожидаются утреннего похода в церковь, когда, окруженные расписными яйцами, будут освящены улыбчивым батюшкой с растрепанной метелкой в руках.
В боках куличей видны изюмные крапинки и ореховые пупырышки; их покрывает тонкий слой сахарной пудры. Макушки куличей, как головы набриолиненных латиносов, лаково блестят шоколадной глазурью.
Один кулич - родителям. Другой - нам. На следующий день у меня будут чесаться коленки, а у рыжей собаки - уши. У нас аллергия на сладкое.
Дела, дела... Им все равно, какой день. Just do it, а выходной или будний день - это лирика.
Первое, что я увидела, войдя в квартиру, была пустота. Первое, что услышала - сдавленное сопение. Нет топота встречающих ног, мокрого болтающегося языка, бешеных прыжков долговязого кузнечика. На кухне обнаружились: перевернутая пустая тарелка на полу - раз, два настороженных блестящих глаза за плетеным креслом - два.
- Торяйщик! - В моем голосе боль неопробованного кулича. Кулича на сливках и масле новозеландского утра; кулича с лодочками кешью, полушариями грецких плодов и каплями миндаля; кулича с изюмом лучших женщин; кулича с глазурью как... я уже говорила, что первый секс был никакой? В общем, с глазурью...
- Вввааааууууууув! - В ее пении солнечный свет, радость удачно сложившегося дня и опьянение полуторакилограммовым кондитерским изделием.
Звонок. Хриплым от осознания потери голосом:
- Ал... Грм... КХММ! Алло!
- Женечка, какой вкусный кулич! Это просто праздник какой-то! Мы съели все до крошки. Ты же себе оставила? Сама знаешь, как вкусно. В общем, с праздником! Христос воскресе!
Я посмотрела на Торяйщика. Торяйщик завиляла рыжей плюшкой. Я сглотнула слюну.
- Конечно оставила, мама. Очень вкусно. Воистину воскресе.
tobico
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Date: 2007-04-08 09:16 am (UTC)С праздником Вас1
(no subject)
Date: 2007-04-08 09:37 am (UTC)вкусно написано, но так и не попробовано :)))
эхх...
(no subject)
Date: 2007-04-08 11:28 am (UTC)А моя дочка в куличи еще разноцветные цукатики кладет - жутко красиво получается. И съедается мгновенно.
(no subject)
Date: 2007-04-08 02:25 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-08 10:40 am (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-08 11:01 am (UTC)хотелось бы не только наблюдений, но и ощущений, и не только тактильных, но и других :))
увы, Торяйщик мне не дала такой возможности :)
(no subject)
Date: 2007-04-08 04:20 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-08 06:41 pm (UTC)да, она была очень сообразительная девочка. хитрая и находчивая. а еще - большая лакомка. :)))
(no subject)
Date: 2007-04-09 08:06 am (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-10 05:16 am (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-10 09:02 am (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-10 05:23 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-10 05:33 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-10 05:36 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-10 05:44 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-08 04:52 pm (UTC)Еще в Болгарии в куличи не кладут масло, а обязательно топленное сало. Они тогда получаются более воздушными.
(no subject)
Date: 2007-04-08 06:49 pm (UTC)а на торяйщика я тогда не стала кричать. посмотрела на ее довольную морду, подумала, что так ей еще не обламывалась. и решила, что все это пойдет прахом - все счастье, весь кайф от внезапно обломившегося подарка, если я сейчас на нее наору. и не стала ругать. :))
так что ее день действительно удался :)
кстати, пока моя знакомая Шляпа читала мой пост и комментила его, ее собака Таша слопала оставленное без присмотра пасхальное печенье :)
(no subject)
Date: 2007-04-11 12:00 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-11 03:48 pm (UTC)(no subject)
Date: 2007-04-11 08:51 pm (UTC)холодец - это наше все! эх, ничего святого!
(no subject)
Date: 2007-04-11 11:07 pm (UTC)